Дело № 18. Об исчезнувшем скрипаче

Отрывок из книги М.В. Виноградова «Битва экстрасенсов: Как это работает?»

Казалось, что в этот день даже телефонный звонок прозвучал как-то особенно тревожно. Секретари сразу соединили абонента с директором. Мужской голос в трубке, торопясь, объяснил, что телефон Виноградова ему дали на канале ТНТ и поэтому он, мол, рассчитывает на помощь. Михаил Викторович не стал объяснять абоненту, что любой, кто обращается в Центр, вне зависимости от того, по чьей-то рекомендации он обращается или самостоятельно, всегда может рассчитывать на помощь его сотрудников. Виноградов попросил перейти к сути вопроса.

Мужчина, представившийся Борисом, рассказал, что вот уже два дня, как в их городе пропал молодой музыкант. Камеры видеонаблюдения зафиксировали, как он сел в свою машину, стоявшую на площадке около филармонии, и не торопясь отъехал. Больше машина скрипача в поле зрения городских камер видеонаблюдения не попадала. Телефон музыканта оказался заблокированным. Дома скрипача ждали гражданская жена с годовалым сыном и престарелые родители. Полиция не спешит открывать дело, советует еще немного подождать: вдруг сам объявится. А ждать уже нет сил: близкие измучились от всевозможных догадок. Поэтому на семейном совете решили просить помощи у экстрасенсов и обратились на телеканал ТНТ, а уже администраторы программы «Битва экстрасенсов» переадресовали родственников музыканта в Центр Виноградова.

Михаил Викторович объяснил Борису, что для поиска экстрасенсам необходимо знать имя пропавшего человека, точные дату и место его рождения, дату и место исчезновения, и конечно, обязательно получить его фотографию. Часа через два все необходимые сведения и фото поступили на электронную почту Центра. Еще до анализа ситуации Виноградов посоветовал Борису потребовать, согласно совместной инструкции МВД, Минюста и прокуратуры, немедленно открыть не розыскное дело, а уголовное, предположительно по 105-й статье УК РФ «Убийство». Только тогда полиция начнет хоть какой-то поиск, а не просто будет расклеивать на столбах объявления о пропавшем человеке.

Дело о музыканте Виноградов поручил провести Ирику Садыкову и Рафису, и, как всегда, независимо друг от друга. Часа через два оба экстрасенса одновременно оказались готовы сообщить свое мнение. И их мнения совпали практически полностью.

Правда, на самый главный вопрос — жив парень или мертв? — Рафис и Ирик Салихович затруднялись ответить. Энергетика от фото то шла как от живого, то вдруг резко ослабевала. Такое бывает, кстати, если человек находится в коме. В этом случае очень трудно сообщать результаты родственникам. Ведь может случиться так, что они обнадежат родных, что разыскиваемый ими человек жив, а тот из комы не выйдет и умрет. Сообщать же, что пропавший умер, тоже опасно. А вдруг тот все-таки придет в себя? В таких неясных случаях экстрасенсы предпочитают «просматривать» ситуацию с некоторой растяжкой во времени. Но родственники требуют немедленного ответа. Они не представляют проблем экстрасенсорики, а просто ждут немедленного чуда. А обычная работа экстрасенсов от чудодейственной очень далека. Это большой труд и сложный экстрасенсорный анализ. Иногда можно ответить на вопросы родственников сразу, а иногда необходим повторный «просмотр» ситуации, прежде чем все пазлы сложатся в единую картину.

Зато с абсолютной уверенностью оба экстрасенса сообщили, что к исчезновению музыканта каким-то образом причастна молодая светловолосая женщина. На эту информацию Борис отреагировал сразу. Дескать, это ему и без магов известно. Но Виноградов возразил, что Борису то, может быть, причастность к исчезновению скрипача молодой блондинки и была известна, а московские экстрасенсы о женщине ничего не знали. Ведь Борис сообщил только даты рождения и исчезновения и прислал фото музыканта. Тут некий ранее звучавший в голосе Бориса скепсис в адрес экстрасенсов исчез.

Сотрудники Центра тотчас отправили информацию о причастности к делу конкретной дамы в полицию. И предположили: может, ее муж Бориса похитил? Или она сама, устав от воздыханий скрипача, решила как-то с ним разделаться? Полиция на это сообщение отреагировала вяло. Поэтому родственники и друзья скрипача стали ждать от экстрасенсов ответы на вопросы: жив или нет, или где искать живого музыканта, или не дай Бог, его тело? Тут Борис предложил: может, в поисках может помочь фото автомобиля музыканта, на котором он уехал? И немедленно прислал семейную фотографию, на которой была запечатлена вся семья музыканта на фоне машины.

Практика поиска угнанных машин в Центре была уже отработана. Ведь многие неодушевленные предметы тоже издают некое излучение. Только не все экстрасенсы его улавливают, потому что оно не столь сильное, что исходит от человека. Но от фото автомобиля музыканта сигнал пошел сразу. Сопоставив сигнал, идущий от машины с картой города и его окрестностей, экстрасенсы сообщили Борису, где именно припаркован автомобиль: «Километрях в пяти от съезда с кольцевой дороги по направлению на восток. В лесном массиве, между кольцевой и небольшим населенным пунктом». И место на карте кружочком обвели. И карту Борису отправили. В городе, где жил музыкант, уже наступили сумерки, поэтому поиски машины решено было отложить на следующий день.

А рано утром в Центре к поиску подключилась Ирина Литвина. Молодая, но очень способный экстрасенс. Она сразу подключилась к анализу ситуации. И сначала просто ошеломила и самого Виктора Михайловича, и обоих старших коллег. Ирина сказала, что музыкант жив и сегодня он сам вернется домой. По ее словам, никто его не похищал, он уехал сам от тоски по блондинке. А понять, жив скрипач или нет, мешали и его депрессия, в которой он пребывал из-за любимой, и наркотики, которыми он пытался заглушить свою депрессию.

Мнение Ирины немедленно сообщили Борису. А еще через час Борис позвонил в Центр и сообщил, что скрипач сам приехал домой. Живой, но не очень здоровый. Был бледен, руки тряслись, скорее всего действительно принимал наркотики. Но что с ним произошло, и где он провел эти дни? Об этом музыкант никому не рассказывал. Ссылался на потерю памяти.

Еще через пару дней Борис снова позвонил в Центр. Ему не давала покоя мысль, что за место отметили на карте экстрасенсы? И он решил сам туда съездить и посмотреть. Там, на месте, которое на карте обвели в кружок экстрасенсы, оказался небольшой мотель. В нем-то и провел эти дни музыкант.