Дело № 31. Неутешное горе. Поиск с выездом

Отрывок из книги М.В. Виноградова «Битва экстрасенсов: Как это работает?»

Поиском без вести пропавших Ирина Литвина занимается уже несколько лет. Как правило, она работает, не выходя из московского кабинета, используя данные о времени и месте рождения пропавшего человека, его фотографию и, желательно, какую-либо из его вещей. Также ей нужна карта той местности, где предположительно следует искать безвестно отсутствующего (или, к сожалению, его тело). Ирина отмечает точкой то место, где по ее ощущениям необходимо производить поиск. Его выполняют сотрудники правоохранительных органов, часто совместно с родственниками, отрабатывая версию экстрасенса, однако нередки случаи, когда имеет место обращение к экстрасенсу с просьбой принять участие в розыске на месте, поскольку точка на карте — это часто большое расстояние на местности.

Случай, о котором пойдет речь, касается поиска с выездом по просьбе отца пропавшего мужчины. В начале мая этого года к Ирине Владимировне на прием пришел немолодой человек, убитый горем. Житель одной из бывших союзных республик Средней Азии разыскивал своего сына, находившегося на заработках в Москве, и исчезнувшего более недели назад вместе со своей машиной. 30-летний мужчина трудился таксистом, используя свой транспорт, и имел вместе с земляками постоянное место работы — развозил приезжих с Комсомольской площади, более известной в народе как площадь «Трех вокзалов», причем, проявляя осторожность, работал всегда только в светлое время суток, опасаясь ночных пассажиров. Жилье снимал совместно с земляком. Со слов отца, сын пропал в ночь с 1 на 2 мая, вместе с ним исчезла и новая, купленная за несколько дней до того, машина.

Отец, высокий, седой, измученный горем и неизвестностью, был не в состоянии сдерживать свои эмоции. Плача, он рассказывал о том, что его сын не только никогда не занимался извозом в темное время суток, но даже днем старался не брать пассажиров в другом районе, кроме привычной площади. Так почему же в ту роковую ночь камеры слежения, как сказали отцу в полиции, запечатлели сына на Ярославском шоссе — в машине он был не один? Пожилой человек, путая русские слова с родной речью, утверждал, что сын не поехал бы в ночь из Москвы с чужими людьми, значит, его обманом выманил кто-то свой.

Литвина переключилась на привычную работу и «увидела» двух людей, которые убивают мужчину и вывозят тело в район Мытищ. Она рассказала об этом посетителю и посоветовала обратиться в полицию города Мытищи. Объяснила, что машина через некоторое время будет найдена, как и тело убитого, причем сначала найдут тело. У нее сложилось твердое убеждение, что знакомый погибшего, он же — напарник, с которым они вместе работали и снимали жилье, и с которым были напряженные отношения, хоть и не имел прямого отношения к убийству, явился наводчиком, а причиной убийства стало желание третьих лиц завладеть транспортным средством, купленным сыном за несколько дней до трагедии. Кстати, как выяснилось позже, последний звонок на мобильный пропавшего был от его напарника.

В дальнейшем отец приходил к Ирине неоднократно, он никак не мог смириться с мыслью о смерти сына, очевидно, поэтому его рассказы о контактах с правоохранительными органами касались лишь машины. Так, он рассказал, что машина была найдена и изъята у нового владельца, купившего ее на Мытищинском рынке спустя 2 месяца после исчезновения хозяина, и в ней были обнаружены засохшие капли его крови. Найти продавца не удалось. А отец вновь и вновь просил экстрасенса поехать на поиски его сына — живого или мертвого (с тайной надеждой на первое). Попытки Ирины убедить его в том, что сына давно нет в живых, и ее твердое убеждение в том, что тело уже найдено, не действовали на почти утратившего рассудок человека. Наконец, 15 октября, спустя 5 месяцев после исчезновения, Литвина совместно с отцом и его знакомым (скорее, по ее мнению, родственником) приехали в населенный пункт Волково, не доезжая Мытищ — именно его она указала на карте как место, где был брошен труп. Литвину привозят в Волково, и они упираются в большой рынок. Ирина встала в тупик — где же может находиться труп на столь многолюдном месте? В яме, в колодце? Но нет ощущения, что тело могло находиться ниже уровня земли, он должно быть на земле!

И тут приходит чувство, что ей надо не туда. Ирина просит шофера отвезти ее за пределы рынка, как-то объехать его, попасть на прямо противоположную сторону, т.е. на конкретное место сзади этого громадного рынка, которое неудержимо влечет экстрасенса к себе. Она просто ощущает что ей надо именно туда... Однако объехать рынок невозможно — после многочисленных попыток и попадания в никуда спутники находят узкую дорогу, но вновь оказываются в тупике. Попросту, упираются в вагончики, в которых проживают большое количество ми- фантов (?) Гастарбайтеров (?) Спутники Ирины спрашивают у людей, там обитающих, как попасть на другую сторону рынка. Встретив земляков, те, в свою очередь, задали вопрос им вопрос о том, что у них случилось, кого они ищут? Отец с сопровождающим объяснили, что ищут человека и показали фотографию пропавшего. Собеседники посмотрели, переглянулись, и рассказали, что в мае месяце, именно там, куда Ирина старается попасть, был найден труп убитого мужчины, и он очень похож на того, кого разыскивают. А знают они об этом потому, что фотографиями найденного убитым человека были увешаны все более-менее посещаемые места не только на рынке, но и в городе — он проходил тогда как «неизвестный».

Спутники Ирины долго беседовали на родном языке с земляками, а один из них вызвался показать то место, где было в мае найдено тело.

Вскоре Литвина увидела наружную часть рынка, и что-то повело ее вперед и вперед, она шла и шла по направлению к Яузе, отец шел за ней. Пройдя километров пять, Ирина набрела на заброшенное место, где ее ждала незапланированная находка — труп мужчины, недавний, явно криминальный, с лужей крови из-под головы. Она сначала испытала шок — оказаться один на один с убиенным непросто, ее спутник замешкался, потом взяла себя в руки. Вместе позвали охрану рынка. Те объяснили им, что полицейские здесь часто обнаруживают трупы.

Продолжив путь вдоль Яузы, Литвина увидела церковь, далее — стройку. Теперь она поняла, почему никаким иным путем они не могли попасть на нужное ей место — все вокруг было раскопано, каждый день появлялось что-то новое, шли строительные работы, и за пять месяцев все изменилось кардинально; более того, само место, где был найден труп сына и сделаны фотографии, то самое, к которому Ирина стремилась, потеряло свои первоначальные очертания, превратившись в строительную площадку. Она примерно определила место убийства мужчины и нахождения тела, которое искала.

Дело практически закончено, остальное — за правоохранительными органами. Кроме того, пусть достаточно случайно, обнаружено тело другого человека, которого наверняка ищут его родные.

Литвина предложила поехать в Прокуратуру г. Мытищи, чтобы окончательно расставить все точки — именно там отец мог получить исчерпывающую информацию о найденном в мае теле — ведь у Ирины и друга отца не было сомнений в том, что речь идет о разыскиваемом нами мужчине. К сожалению, из-за технических причин в этот вечер им не удалось ознакомиться с интересующей всех фотографией, и узнать о ходе расследования убийства; Литвина договорилась о том, что отец на следующий день посетит прокуратуру, и очень просила его сообщить ей о результатах. Он обещал, но не позвонил до сих пор.

Недавно Ирина выяснила, что еще в мае за найденным телом приезжала жена убитого вместе с родственником, и тело было увезено в Среднюю Азию, где давно состоялись похороны.... А несчастный отец, будучи не в состоянии принять смерть любимого сына и смириться с ней, продолжает, в состоянии, близком к умопомешательству, разыскивать уже похороненного сына — так ему легче продолжать жить ради призрачной цели. По мнению Литвиной, она уже не раз сталкивалась с подобным неприятием трагического факта и активным нежеланием смириться со смертью близкого человека, вплоть до отрицания результатов генетической экспертизы.

Теперь Литвиной стало понятным и поведение, и некоторое особое отношение к старику его сопровождающего — это был кто-то из родственников, прекрасно понимающий бессмысленность поисков, но вызвавшийся сопровождать несчастного отца с помутившимся рассудком, чтобы уберечь его от неожиданных и опасных для него самого поступков, в надежде, что тот наконец одумается и остановится.