Не все в СССР было плохим

М.В. Виноградов – психиатр - криминалист, доктор медицинских наук, профессор психиатрии

сссрПрограмма комплексного обследования поступающих на службу в органы внутренних дел, включающая в себя использование нескольких психологических тестов, проверку на полиграфе (детекторе лжи), беседу с психологом и обследование психиатра, которую Министерство внутренних дел РФ собирается повсеместно ввести в ближайшее время, представляет собой возврат с учетом новых реалий к Психофизиологической службе, существовавшей в этом ведомстве в СССР. Ее появление в середине 70-х годов было связано с резким ростом преступности среди сотрудников правоохранительных органов. Для борьбы с этим явлением в 1976 году по Указу Государственного комитета по науке и технике в МВД СССР был создан Центр психофизиологических исследований, руководителем которого был назначен М.В.Виноградов.

Перед новой структурой стояли задачи по разработке методов отбора на службу, а также методов контроля и профилактики психологической деформации сотрудников. За основу была принята практика отбора по модели полиции США. В качестве одного из методов исследования личности была использована американская программа MMPI, которая была адаптирована к нашим условиям. В русской версии она звучит как «Методика исследования личности» (МИЛ). Это тестирование очень информативно, в частности, потому что испытуемый не знает, на что именно направлен каждый из задаваемых вопросов. Например, невинный вопрос об отношении к домашним растениям «работает» сразу на три шкалы факторов личности. Используемый список, содержащий более 400 вопросов, кроме того, без труда позволяет вычислить лжецов, пытающихся представить себя в лучшем свете, исказить существенные характеристики собственной личности. Такие люди автоматически выбывают из числа кандидатов на службу.

Каждый человек может заболеть в любой момент. А работа в правоохранительных органах оказывает на сотрудников крайне негативное влияние. И из-за того, что приходится иметь дело с «грязью» нашего общества, и из-за степени личного риска, и из-за ненормированного рабочего дня, что порой разрушает семьи, и из-за ощущения власти, которое, как говорят в народе, «сносит крышу».

За время работы Центра на основании анализа полученных данных выяснилось, что отсев из числа поступающих на службу после проведенного обследования составляет примерно 30%. То есть почти трети претендентов не может быть доверена столь ответственная работа из-за того, что кто-то из них нездоров психически, кто-то страдает алкоголизмом (а в настоящее время в этом ряду стоит и наркомания!), кто-то преследует корыстные либо властные цели, а были и такие, кто хотел получить официальный доступ к оружию. Существовавшая система отбора и контроля была настолько эффективна, что не щадила ни рядовых милиционеров, ни родственников высокопоставленных чиновников, пытавшихся устроить своих нездоровых либо алкоголизированных детей и родных на выгодные должности в МВД. В значительной степени независимость Психофизиологической службы в СССР обеспечивал факт подчинения ее непосредственно Замминистра по кадрам, минуя все промежуточные звенья. Кроме того, Центр в своем подчинении имел 89 региональных психофизиологических лабораторий по всей стране. Одной из первых акций Бакатина, неожиданно для профессионалов возглавившего МВД при Горбачеве, была ликвидация нашей службы. Ему, абсолютно непригодному для деятельности в качестве министра внутренних дел, она, очевидно, встала поперек дороги. И с этого времени в милицию свободно хлынул мутный поток непригодных к работе людей, в том числе, имеющих корыстные мотивы, алкоголиков, употребляющих наркотики, людей с неустойчивой психикой и даже психопатов.

Громкие скандалы последнего времени в правоохранительных органах в связи с неподобающим поведением сотрудников не могут быть объяснены лишь падением престижности этой службы в постсоветское время, они связаны, в первую очередь, с ликвидацией системы психолого-психиатрического контроля. В настоящее время примерно треть полицейских могут быть непригодны к службе в связи с приведенными выше причинами, но очень хочется надеяться, что среди них не окажется потенциальных евсюковых. К сожалению, надежды на то, что была проведена полная реформа по переходу от милиции к полиции именно в этом отношении, нет. А простое изменение названия вряд ли способно изменить сознание уже криминализованной и коррумпированной части сотрудников МВД. Необходима мощнейшая чистка этих авгиевых конюшен. И проводить эту чистку совместно со службой собственной безопасности должна и возрождаемая психофизиологическая служба.

Следует отметить, что идея восстановления психопрофилактической службы обсуждалась мною в ведомстве Нургалиева еще в 2010 году, однако средства на это появились в министерстве только сейчас.

В рамках новой программы действующим полицейским и поступающим на службу соискателям надлежит проходить обязательные комплексные тестирования, проверку на полиграфе (детектор лжи), с ними будут проводить собеседования психолог и психиатр. Список тестов будет расширен за счет методик, которые применяются при исследовании космонавтов и сотрудников ФСБ. Кроме того, вводится тест на употребление запрещенных препаратов (наркотиков), который будет проводиться не традиционным способом с помощью забора крови, а иным путем, способным выявить даже факт единичного употребления наркотика.

По итогам тестирования специалисты выносят заключение о профпригодности кандидатов:. I категория, II категория (рекомендуется); III (рекомендуется условно) и IY (профессионально непригоден). Результаты принято считать действительными в течение полугода со дня их вынесения.

Эту систему можно «обойти» только одним путем – используя личные связи. Например, недавно я столкнулся с ситуацией, когда из УВД Южного округа за профнепригодность к несению службы был уволен капитан Косицин. Однако вскоре выяснилось, что он устроился в соседнем округе сотрудником ГИБДД. Он проходил подозреваемым в серии изнасилований. После его задержания выяснилось, что устроиться на службу ему помогли семейные связи.

Когда система отбора заработает в полную силу, окончательно не ясно. Дело в том, что она должна быть обеспечена высококвалифицированными кадрами, в первую очередь, психологов. Если во времена СССР уровень подготовки психологов был достаточно высоким и стандартным, то в настоящее время обучением занимаются большое количество институтов и курсов, и понятно, что «психолог», окончивший краткосрочные курсы, не пригоден для такой работы. Может помешать и недостаточное финансирование. Необходимо понимать, что зарплата психолога в частной компании существенно выше, чем в полиции. Поэтому есть угроза того, что в органы пойдут те из них, кто не попал в серьезные бизнес-структуры. С другой стороны, есть надежда, что в полицию пойдут люди, наиболее преданные профессии, интересующиеся и целеустремленные.

В пополнении рядов полиции новыми, здоровыми душой и телом, кадрами могут сыграть свою позитивную роль и средства массовой информации, которые должны доносить до широкой общественности не только громкие прегрешения сотрудников правоохранительных органов, но и столь же широко освящать их героические дела и поступки, что, безусловно, поможет поднять престиж службы в целом и повысит степень доверия и уважения со стороны населения страны. Ведь когда что-то случается, мы идем за помощью в полицию, значит, надеемся на нее!

Статья опубликована в РБК ДЕЙЛИ в 2012 году